Глава 5 СТАРТ - История будущего VII космическое семейство стоун роберт хайнлайн

Глава 5

СТАРТ


"Перекати-Стоуна" перевозила в космопорт бригада портовых рабочих, несмотря на протесты близнецов, которые хотели взять напрокат трактор и платформу и проделать это самостоятельно. Они хотели выполнить эту работу за половинную стоимость, а оставшуюся половину вложить в свой фрахт.

- Застрахуете? - поинтересовался отец.

- Да нет, - ответил Поллукс.

- Мы берем риск на себя, - добавил Кастор.

- У нас ведь есть актив, чтобы его покрыть.

Но Роджер Стоун не дал себя уговорить - он предпочел, и не без основания, чтобы эту тонкую работу проделали настоящие профессионалы. Космический корабль на планете почти так же беспомощен и неуклюж, как выброшенный на берег кит. Пока корабль стоит на хвосте носом в небо, с остановленными гироскопами, его кое-как поддерживают в равновесии три боковые опоры. Чтобы перевезти корабль на новое место, нужно оторвать эти опоры от грунта - и тогда он может перевернуться от малейшего сотрясения. "Перекати-Стоун" надо было перевезти через горное ущелье в порт, который находился в десяти милях от стоянки.

Сначала корабль подняли домкратом так, чтобы хвост оказался в двух футах над грунтом, потом подвели под него широкую платформу и закрепили корабль на ней. Один рабочий управлял трактором, другой сидел в рубке. Не сводя глаз с пузырька в нивелире, связанный телефоном со своим напарником, он держался за рукоятку, управляющую равновесием корабля. Под каждым хвостовым стабилизатором находился гидравлический ртутный цилиндр, и рабочий с помощью рукоятки мог подать давление в любой из трех цилиндров, чтобы выровнять возможное отклонение в пути. Близнецы сопровождали его наверх.

- Да это легко, - заметил Поллукс, когда рабочий проверил ручку при опущенных опорах.

- Легко, - согласился рабочий, - если сможешь угадать, что хочет выкинуть этот старый хрыч, и сделаешь как раз наоборот - причем раньше его. А теперь катитесь - сейчас отправляемся.

- Послушайте, мистер, - сказал Кастор, - мы тоже хотим поучиться. Мы будем тихо сидеть.

- Даже с пристегнутыми ремнями вы мне ни к чему - дернете бровью и сбросите мне полградуса.

- Да какого черта! - возмутился Поллукс. - Чей это корабль, по-вашему? - Пока мой, - беззаботно ответил рабочий. - Сами слезете или скинуть вас с лестницы?

Близнецы слезли сами - неохотно, но быстро. "Перекати-Стоун", который мог двигаться в космосе со скоростью метеора, отправился в космопорт со скоростью от силы две мили в час. На перевозку ушел почти весь гринвичский день. Был один критический момент в ущелье, когда корабль закачался от легкого подлунного толчка, но верхний рабочий опустил опоры, насколько позволяла почва. Корабль подскочил на второй опоре, рабочий выровнял его, и "Перекати-Стоун" продолжил свое величественное шествие.

Глядя на это, Поллукс сказал Кастору - хорошо, что их не взяли на эту работу. Он начинал понимать, что это - особое искусство, вроде выдувания стекла или вытесывания кремневых наконечников для стрел. Вспоминались рассказы о Большом толчке тридцать первого года, когда перевернулось девять кораблей.

Больше сотрясений не наблюдалось, кроме едва ощутимой постоянной дрожи Луны под влиянием мощных приливов и отливов на Земле, которая была в восемь раз тяжелее. Наконец "Перекати-Стоун" добрался до стартовой площадки на восточной стороне Лейпорта и уперся двигателем в отражательный щит. Ядерное топливо, вода, продовольствие - и он будет готов отправиться куда угодно. Мифический средний человек нуждается ежедневно в трех с половиной фунтах продовольствия, четырех фунтах воды (для питья, а не для умывания) и в тридцати четырех фунтах воздуха. Перелет на Марс от системы Земля-Луна по наиболее экономичной орбите занимает тридцать семь недель. Получается, что на семерых перекати-Стоунов в один рейс требуется взять семьдесят пять тысяч фунтов продовольствия, воды и воздуха - около тонны на неделю. К счастью, истина не столь мрачна, не то им никогда не удалось бы взлететь. Воздух и воду на космическом корабле можно использовать вновь и вновь после соответствующей регенерации - так же, как это происходит на планете. Неисчислимые триллионы живых существ миллионы лет дышали воздухом Земли и пили из ее источников, однако воздух на Земле по-прежнему свеж, а реки полны воды. Солнце высасывает из вод океана облака, из которых проливается благодатный дождь; растения, которыми изобилуют прохладные зеленые взгорья и пышные долины Земли, усваивают из воздуха углекислый газ, выдыхаемый животными, и превращают его в гидроокись углерода, заменяя чистым кислородом.

Оснащенный надлежащим образом космический корабль может существовать точно так же.

Вода дистиллируется. При бесконечном вакууме вокруг корабля, низкой температуре и низком давлении дистилляция становится дешевым и легким делом. Вода на корабле - не проблема, или, скорее, нет проблемы с недостатком воды. Вопрос в том, куда девать ее избыток - ведь в процессе обмена веществ человеческий организм тоже выделяет воду, сжигая водород, получаемый с питанием. Углекислый газ можно заменять кислородом с помощью "земледелия без земли" - гидропоники. Корабли, совершающие короткие рейсы, например челноки Земля-Луна, всем этим не оборудованы, как велосипед не оборудован каютами или камбузом, но "Перекати-Стоун", предназначенный для глубокого космоса, был оснащен соответственно.

Вместо сорока одного с половиной фунта довольствия на человека в день "Стоун" мог обойтись двумя. Ради пущей безопасности и полного благополучия в расчет было взято три фунта, или всего восемь тонн, включая личный багаж. Свои овощи они вырастят в пути, а большинство продуктов поступало на борт в сушеном виде. Мид хотела взять свежие яйца, но законы физики и мать ей не позволили - яичный порошок намного легче.

Багаж включал в себя не только популярные видеофильмы, но и целую груду книг. Вся семья, за исключением близнецов, питала старомодное пристрастие к книгам - они любили настоящие книги в обложках, тома, которые можно держать на коленях. Фильмы - это все-таки не совсем то.

Роджер Стоун потребовал, чтобы сыновья представили ему список грузов, которые они хотели взять на Марс. Получив упомянутый список, он созвал близнецов на совещание.

- Кастор, ты не можешь разъяснить мне эту вашу декларацию?

- А что тут разъяснять-то? Пол все переписал, по-моему, вполне разборчиво.

- Боюсь, что слишком разборчиво. Зачем столько медных труб? - Мы их покупаем на вес. Медь на Марсе всегда пользуется спросом. - Ты хочешь сказать, что вы их уже купили?

- Да нет. Только дали небольшой задаток, чтобы их придержали для нас. - То же, полагаю, относится и к арматуре?

- Да, сэр.

- Хорошо. Переходим к другим видам груза - тростниковый сахар, зерно, сушеный картофель, шлифованный рис. Это что такое?

- Кас предложил взять металл, а я - продукты, - ответил Поллукс, - и мы пошли на компромисс.

- А почему именно эти продукты?

- Это все выращивается в городском гидропонном питомнике, поэтому стоит дешево. Ты же видишь - ничего, что импортируется с Земли, тут нет.

- Вижу.

- Но почти во всем, что тут выращивается, слишком высокий процент воды. Ты же не собираешься везти на Марс огурцы, правда?

- Я вообще ничего не собираюсь везти на Марс - я просто путешествую. - Мистер Стоун отложил перечень грузов и взял другой листок. - Взгляните-ка сюда.

Поллукс с опаской взял листок. - А что это?

- Я в свое время тоже был неплохим механиком. Меня заинтересовало - что же можно сделать из того "металла", который вы желаете погрузить. И у меня получился перегонный аппарат приличного размера. А из ваших "продуктов" на нем можно гнать что угодно - от водки до винного спирта. Но вы ведь в невинности своей, конечно, и понятия об этом не имеете.

- Правда? - спросил Кастор.

- Вы мне вот что скажите: вы намеревались сдать все это в государственное агентство по импорту или выбросить на рынок?

- Ну ты же знаешь, папа, что настоящую прибыль можно получить только на свободном рынке.

- Я так и думал. Вы полагали, что я не пойму, для чего нужен ваш товар, и полагали, что таможенники на Марсе этого тоже не поймут. Мальчики, я намерен беречь вас от тюрьмы, пока вы не достигнете совершеннолетия. А потом постараюсь навещать вас в каждый дозволенный день. - Роджер сунул им список обратно.

- Угадывайте снова. И зарубите на носу, что мы стартуем в четверг - и мне все равно, возьмем мы груз или нет.

- Ох, папа, Бога ради! - сказал Поллукс. - Авраам Линкольн продавал виски. Мы это проходили по истории. А Уинстон Черчилль его пил.

- А Джордж Вашингтон держал рабов, - добавил отец. - Ни то, ни другое, ни третье к вам отношения не имеет. Поэтому проваливайте.

Близнецы вышли из кабинета в гостиную, где сидела Хейзел. Она подмигнула им.

- Ну что, не прошел номер?

- Нет.

Хейзел протянула руку ладонью вверх.

- Платите. И в следующий раз не спорьте, что можете облапошить отца. Он все-таки мой сын.

После этого Кас и Пол основной статьей своего экспорта выбрали велосипеды. И на Марсе, и на Луне производить горные изыскания на велосипеде гораздо проще, чем пешком. На Луне старомодный старатель, который обследует район, где посадил свой ракетоплан, только на лыжах да на своих двоих, почти ушел в прошлое - велосипед старателю стал так же необходим, как веревка для лазания по скалам и запас кислорода. На Луне, где все в шесть раз легче, чем на Земле, велосипед можно было запросто нести на спине, если на пути встретятся препятствия.

Притяжение Марса - вдвое больше лунного, но все-таки составляет только треть земного, к тому же Марс - планета плоских равнин и пологих склонов. Велосипедист там может развить скорость от пятнадцати до двадцати миль в час. Старатель-одиночка, лишившись своего традиционного ослика, обнаружил, что велосипед не менее доступен и не менее надежен - ну разве что не так близок по духу. Старательский велосипед на улицах Стокгольма выглядел бы странно. Слишком большие колеса, толстые, как пончики, песчаные шины, прицеп сзади, устройство для непрерывного заряда батарей, рация, седельные сумки, счетчик Гейгера - все это делало машину малопригодной для прогулки по парку, но для Марса и Луны такой велосипед годился, как годится каноэ для быстрой канадской реки.

Обе планеты ввозили велосипеды с Земли - до недавнего времени. Потом компания "Лунар стил продактс" начала изготовлять стальные трубы, проволоку и штампованные детали из местной руды, а "Сиэрс и Монтгомери" построили на Луне завод по сборке старательских велосипедов под названием "Лунопед". "Лунатики", в которых было не более двадцати процентов привозных деталей, обесценили импортные велосипеды больше чем наполовину.

Кастор и Поллукс решили скупить подержанные велосипеды, которые постепенно заполоняли рынок, и доставить их на Марс. В межпланетной торговле значение имеет вес товара, а не расстояние, на которое приходится его везти. Земля - чудесная планета, но вся ее продукция лежит на дне слишком глубокого "колодца гравитации" - глубже, чем на Венере, и неизмеримо глубже, чем на Луне. Хотя и Луна, и Земля находятся примерно на одинаковом расстоянии от Марса в милях, Луна ближе к Марсу на пять миль в секунду, если считать топливо и стоимость перевозки.

Роджер Стоун выделил денег ровно столько, чтобы оплатить покупку. Близнецы грузили подержанные велосипеды до самого вечера среды. Кастор их взвешивал, Мид вела запись, а Пол грузил. Все остальное уже подняли на борт. Контрольное взвешивание с экипажем на борту произведет дежурный по порту, когда груз будет в трюме. Роджер Стоун наблюдал за погрузкой - он нес личную ответственность за баланс корабля во время старта.

Он и Кастор помогли Поллуксу разгрузить последний поддон.

- Некоторые и везти-то не стоит, - заметил отец.

- По-моему, это просто утиль, - добавила Мид.

- Тебя никто не спрашивает, - отрезал Пол.

- Повежливей, - ласково ответила Мид, - или поищи себе другого секретаря. - Давай грузи, юнец, - распорядился Кастор. - Не забывай, что она работает бесплатно. Папа, я согласен, что тут особенно не на что смотреть, но ты подожди. В космосе мы с Полом починим их и покрасим. Времени у нас полно - как новенькие будут.

- Смотрите только не пытайтесь выдать их за новые. Но, по-моему, вы перестарались. Когда мы все это разместим и закрепим, в трюме кошку негде будет повесить, не говоря уж о ремонтных работах. Если рассчитываете захватить жилое помещение, то это решительно запрещается.

- А зачем вешать кошку? - спросила Мид. - Ей бы это не понравилось. Кстати, почему бы нам не взять кошку?

- Никаких кошек, - отрезал отец. - Я раз путешествовал с кошкой и персонально отвечал за ее ящик с песком. Никаких кошек.

- Пожалуйста, капитан папочка! Я вчера видела у Хейли такого чудного котеночка...

- Никаких кошек. И не называй меня "капитан папочка". Или одно, или другое, но вместе это глупо.

- Да, капитан папочка.

- Мы и не собираемся работать в жилом помещении, - сказал Кастор. - Как только выйдем на орбиту, вывесим их наружу, а в трюме устроим мастерскую. Там полно места.

Немалая часть населения Луна-Сити пришла проводить Стоунов. Теперешний мэр, достопочтенный Томас Бизли, пришел попрощаться с Роджером Стоуном. Немногие оставшиеся в живых отцы-основатели явились выразить почтение Хейзел. Делегация Молодежной лиги и добрая половина мальчиков из старшего класса техникума оплакивала отлет Мид. Мид рыдала и обнимала всех, но никого не целовала: поцелуй в скафандре - дело зряшное.

Близнецов провожал только торговый агент, который требовал платы - прямо здесь, сейчас и в полном объеме.

Над ними висела половинка Земли, и длинные тени гор Обелиска тянулись почти через все поле. "Перекати-Стоун" был освещен прожектором, его стройный силуэт возвышался над кругом света. Вверху все еще отражали свет заходящего Солнца вершины хребта Роджера Янга, обозначающие конец взлетного поля. Рядом с Землей блистал великолепный Орион. К северо-востоку от него знакомый ковш Большой Медведицы касался рукояткой горизонта. Под сводом глубоких небес, на фоне могучих природных монументов Луны человеческие фигурки в шлемах у подножия корабля казались совсем крохотными.

Прожектор с далекой контрольной вышки нашел их и три раза мигнул красным. Хейзел обернулась к сыну.

- Тридцать минут, капитан.

- Знаю. - Роджер свистнул в микрофон. - Прошу тишины! Просьба всем соблюдать тишину, пока не спуститесь под землю. Спасибо всем, что пришли. До свидания!

- "Пока, Роджер!" - "Счастливого пути!" - "Алоха!" - "Возвращайтесь поскорей!"

Провожающие начали понемногу спускаться в подземный туннель. Мистер Стоун сказал своим:

- Тридцать минут. Все на корабль!

- Есть, сэр.

Хейзел стала подниматься по лестнице, за ней двинулся Поллукс. Вдруг она остановилась, подалась назад и наступила внуку на пальцы. - С дороги, юнец! - Хейзел спрыгнула с лестницы и побежала за группой провожающих.

- Эй, Том! Бизли! Погоди! Минутку...

Мэр остановился и оглянулся. Хейзел сунула ему в руку пакет.

- Отправишь на Землю?

- Конечно, Хейзел.

- Вот и молодец. Пока!

Хейзел вернулась, и сын спросил ее:

- Что это тебе приспичило, мать?

- Шесть серий. Всю ночь над ними работала - и совсем забыла, что они все еще у меня. Только когда стала подниматься, спохватилась, что держусь только одной рукой.

- А голову не забыла, нет?

- Не хами, мальчик.

- Все на борт.

- Есть, сэр.

Когда все поднялись, портовой весовщик снял окончательные показания со шкал под каждым из стабилизаторов и подвел итог. - На 2,7 фунта ниже нормы, капитан. Точно уложились. - И он прикрепил к лестнице бирку с указанием веса.

- Забирайте.

- Спасибо, сэр.

Роджер втянул лестницу, забрал бирку и закрыл дверь входного отсека. Прошел на корабль, закрыл и запер за собой внутреннюю дверь, заглянул в рубку. Кастор уже лежал в кресле второго пилота.

- Время?

- Семнадцать минут до старта, капитан.

- Курс прокладывается? - Роджер протянул руку и прикрепил бирку к стойке в центре отсека.

- Прокладывается.

Главную задачу решили еще три недели назад, определив время отправления с точностью до секунды. Только в течение короткого периода каждые двадцать шесть месяцев корабль может стартовать от системы Луна-Земля на Марс по наиболее экономичной орбите. После пробного взвешивания накануне старта капитан решил вторую задачу: какая сила тяги и в течение какого времени потребуется, чтобы вывести данный корабль на данную орбиту? Ответ, который у него получился, Кастор сейчас и закладывал в автопилот. Первый отрезок траектории был направлен не к Марсу, а к Земле. Когда они обогнут Землю, наступит второй критический момент, не менее ответственный, чем старт. При этой мысли капитан Стоун нахмурился, потом пожал плечами: об этом он будет беспокоиться после.

- Продолжай, я спущусь вниз.

Он направился в машинное отделение, поглядывая по сторонам. Даже бывалый торговый шкипер волнуется в последние минуты перед стартом. Старт корабля - все равно что прыжок с парашютом: если прыгнул, то ошибки уже поздно исправлять. Космических шкиперов мучают кошмары: им кажется, что они неверно рассчитали десятые и сотые.

Хейзел и Поллукс заняли лежаки главного инженера и ассистента. Роджер сунул голову в люк, не спускаясь к ним.

- Машинное?

- Все в порядке. Прогреваю потихоньку.

Доктор Стоун, Мид и Вундер приготовились стартовать в кубрике за компанию. Капитан заглянул к ним:

- У вас все в порядке?

- Конечно, дорогой, - ответила со своего кресла жена. - Я сделала Лоуэллу укол.

Вундер лежал на спине, пристегнутый ремнями, и спал. Он один пока не испытал, что такое перегрузка и невесомость. Мать решила ввести ему снотворное, чтобы он не испугался.

- Завидую ему, - сказал Роджер, глядя на младшего сына.

- Голова болит, папа? - приподнявшись, спросила Мид.

- Переживу. На этих прощальных вечеринках всегда получается перебор, особенно у того, с кем прощаются. Из репродуктора послышался голос Кастора: - А хочешь, я подниму корабль, папа? Я себя прекрасно чувствую. - Занимайтесь своим делом, второй пилот. Прокладка курса продолжается?

- Да, сэр. Одиннадцать минут.

"За грех расплата - смерть", - отозвалась Хейзел.

- Кто бы говорил.

- Прекратить посторонние разговоры по внутренней связи! Это приказ.

- Есть, капитан.

Роджер хотел уйти, но жена остановила его.

- Прими-ка это, дорогой. - И протянула ему таблетку.

- Не надо.

- Прими.

- Ладно, милый доктор. - Он проглотил таблетку, сморщился и пошел в рубку. Улегшись в свое кресло, он сказал:

- Запроси вышку.

- Есть, сэр. "Перекати-Стоун", порт Луна-Сити, вызывает вышку - запрашиваем разрешение на старт по согласованному плану.

- Говорит вышка. "Перекати-Стоун", старт разрешаем.

- Вас понял, вышка.

Капитан посмотрел на пульт. Все индикаторы светились зеленым, кроме одного огонька - машинного отделения. Он сменился зеленым, только когда капитан распорядился снять печать с кадмиевой заслонки. Роджер поправил микроверньер индикатора курса - автопилот работал верно, как уже доложил Кастор.

- Всем постам докладывать поочередно. Машинное отделение! - Шипит, Роджер! - ответила Хейзел.

- Пассажиры!

- Мы готовы, Роджер.

- Второй пилот!

- Добро на старт, зеленый свет, сэр!

- Проверка закончена. Пять минут до старта. Пристегнуть ремни и доложить! - Машинное пристегнулось.

- Мы пристегнулись, дорогой.

- Все посты пристегнулись, сэр.

- Машинное отделение - вскрыть реактор для старта!

Последний красный огонек на пульте сменился зеленым, и Хейзел доложила: - Машинный пульт вскрыт, шкипер. К запуску готовы. В репродукторе послышался другой голос:

- А я ложусь спать...

- Тихо, Мид! - рявкнул Роджер. - Второй пилот, начинайте отсчет! Кастор начал нараспев:

- Две минуты десять... Две минуты... Минута пятьдесят... Минута сорок... У Роджера давило в висках, и он от души жалел, что вчера не сообразил вернуться домой пораньше, хоть бы и с вечера в свою честь.

- Минута! Пятьдесят пять... Пятьдесят...

Роджер положил палец на ручной пусковой ключ на случай, если автопилот подведет, но быстро убрал руку. Это не военный корабль - если автоматический пуск не сработает, нужно отменить старт, а не рисковать женой и детьми. В конце концов, у него только любительские права.

- Тридцать пять... Тридцать!

Голова разболелась еще пуще. Зачем было оставлять уютную квартиру? Чтобы болтаться в этой жестянке?

- Двадцать восемь, двадцать семь, двадцать шесть...

Ну, если что случится, по крайней мере сирот не останется. Все семейство Стоун тут, ствол и ветви. Перекати-Стоуны...

- Девятнадцать... Восемнадцать... Семнадцать...

Но нельзя же вернуться и сказать всем людям, которые их только что проводили: "Знаете, мы что-то передумали..."

- Двенадцать! Одиннадцать! Десять! Девять! Роджер снова положил палец на ручной пуск.

- Пять! Четыре! Три! Два! - Голос Кастора заглушил "белый шум" двигателя, и "Перекати-Стоун" стартовал в космос.


Глава 6

^ ВУНДЕР И БАЛЛИСТИКА


Стартовать с Луны не так трудно и страшно, как с Земли. У Луны такое слабое поле и такая низкая гравитация, что достаточно ускорения в одно "дж", то есть нормального земного веса.

Капитан Стоун решил стартовать при двукратной перегрузке, чтобы сэкономить время и горючее, побыстрей оторвавшись от Луны, - побыстрей, потому что на преодоление кораблем притяжения планеты расходуется добавочное количество топлива сверх того, что нужно для вывода корабля на орбиту. "Перекати-Стоун" мог работать на малой тяге, только сжигая дополнительное топливо, то есть не позволяя ядерному реактору достаточно разогреть жидкий водород, чтобы развить настоящую скорость. Поэтому "Стоун" около двух минут должен был работать при двукратной перегрузке. Ну что такое двукратная перегрузка? Ее испытывает борец, прижатый к мату противником. Ее испытывает ребенок на школьных качелях и почти каждый человек, когда резко поднимается с места.

Но Стоуны долго жили на Луне, а все дети там родились, и двукратная перегрузка в двенадцать раз превышала вес, к которому они привыкли. Головная боль Роджера, утихшая было от обезболивающего, которое дала ему жена, вернулась с новой силой. Грудная клетка вдавливалась внутрь, он задыхался, но все время проверял показания акселерометра, чтобы убедиться, послушен ли ему корабль.

Удостоверившись по приборам, что все идет как надо, несмотря на отвратительное самочувствие, Роджер с трудом повернул голову к сыну.

- Кас, ты как?

- Отлично, шкипер, - просипел Кастор, - следуем согласно плану полета, сэр. - Очень хорошо, сэр, - и Роджер сказал в микрофон:

- Эдит...

Ответа не было.

- Эдит?

- Да, дорогой, - Как вы там?!

- Хорошо, дорогой. Мы с Мед, - с трудом ответила она, - хорошо. Малышу плохо.

Роджер собрался вызвать машинное отделение, но Кастор напомнил ему о времени:

- Двадцать секунд! Девятнадцать! Восемнадцать!

Капитан перевел глаза на секундомер и положил руку на рычаг, чтобы нажать, если автопилот не сработает. Кастор, держа руку на своем рычаге, страховал отца, а внизу в машинном отделении Хейзел тоже тянулась дрожащей рукой к рычагу.

Секундомер отсчитал последние полсекунды, Кастор крикнул: "Отсечка!" - и три руки нажали на три рычага, но автопилот опередил их. Двигатель захлебнулся, лишившись топлива, заслонка заперла нейтроны в ядерном реакторе, и "Стоун" перешел на баллистическую траекторию к Земле. Сразу же настала глухая тишина, прерываемая только шорохом кондиционера. Роджер проглотил свой желудок.

- Машинное, доложите! - прохрипел он.

Хейзел тяжело перевела дух.

- Порядок, сын, - слабо ответила она, - но не забудь про последний этап - в нем весь фокус.

- Кас, запроси доплеровские координаты из порта.

- Есть, сэр. - Кастор вызвал радарную и доплеровскую станцию Лейпорта. Хотя на "Стоуне" были радар и все необходимые приборы, корабль не смог бы поднять оборудование таких, размеров и такой точности, которое установлено во всех портах и на всех спутниках. - "Перекати-Стоун" вызывает Луну-Штурманскую - как слышите?

И он включил корабельный радар и доплеровский локатор, приготовившись проверить их показания по тем, что поступят с Луны. Кастор делал это, не дожидаясь указаний, - это входило в обязанности второго пилота.

- Луна-Штурманская. Слышу вас, "Перекати-Стоун".

- "Перекати-Стоун" запрашивает удаленность, пеленг и отрыв, а также отклонения от плана полета. Рейс номер четырнадцать по расписанию поля, без изменений.

- Вас понял. Приготовьтесь к записи.

- Готов, - ответил Кастор, включая магнитофон. Они были еще настолько близко к Луне, что запаздывание передачи, идущей со скоростью света, не замечалось.

Скучающий голос назвал время справки с точностью до половины секунды и прочел координаты их пеленга в единицах Системы с поправкой на положение Луны в момент старта. Затем назвал их скорость и относительное удаление от Луны, также с поправкой на положение планеты. Поправка была сравнительно небольшой, так как Луна вращается со скоростью менее двух третей мили в секунду, но тем не менее была необходима. Пилот, пренебрегший такой поправкой, мог оказаться за тысячи и даже миллионы миль от своей цели. - Отклонения от плана полета незначительны, - добавил оператор. - Очень удачный старт, "ПерекатиСтоун".

Кастор поблагодарил и отключился.

- В русле, папа.

- Хорошо. С наших приборов сиял показания?

- Да, сэр. На семь секунд позже Луны.

- Ладно. Наведи их опять на линию полета и введи вектор - надо проверить. - Он внимательно посмотрел на сына - Кастор слегка посинел.

- Ты что, не принимал таблетки?

- Принимал, сэр. На меня всегда поначалу так действует. Скоро пройдет. - Выглядишь, как труп недельной давности.

- Да и ты не свежее, папа.

- Это точно, не свежее - но строго между нами. Можешь последить за экранами или хочешь соснуть?

- Конечно, могу!

- Ну ладно... внимательней с десятичными знаками.

- Есть, капитан.

- Я пошел на корму. - И Роджер стал отстегивать ремни, говоря в микрофон:

- Всем постам отстегнуться. Машинное отделение, блокировать реактор и опечатать пульт.

- Я слышала сводку, капитан, - ответила Хейзел. - Машинное отделение закрыто.

- Не забегай вперед, Хейзел, если не хочешь отправиться назад.

- Я не так выразилась, капитан. Я хотела сказать - мы как раз блокируем машинное отделение по вашему приказу, сэр. Теперь - готово. Машинное отделение закрыто!

- Очень хорошо, главный.

Он мрачно усмехнулся: его пульт показывал, что первый рапорт был правильным - Хейзел закрыла реактор, как только узнала, что они идут верным курсом. Этого он и боялся: изображать шкипера в экипаже, состоящем из заядлых индивидуалистов, - удовольствие среднее. Роджер ухватился за центральную стойку, повернулся лицом к корме и поплыл через люк в жилой отсек. Оказавшись в кубрике, он повис, держась за поручень. Там все уже отстегнулись. Доктор Стоун хлопотала над ребенком. Роджер не видел, что именно она делает, но было ясно, что Лоуэлла сильно стошнило - Мид, сама с остекленевшими глазами, держась одной рукой, пыталась другой убрать следы рвоты. Мальчик еще не приходил в сознание. При виде этого Роджеру тоже стало нехорошо.

- Ничего себе!

Жена оглянулась на него через плечо.

- Дай мне коробочку для инъекций, - велела она. - В шкафчике позади тебя. Хочу его разбудить. Он все время пытается проглотить свой язык. - Да, дорогая, - промямлил Роджер. - Что будешь колоть?

- Неокофеин, один кубик. Поживей!

Он нашел коробку, наполнил шприц и подал доктору Стоун. Она сделала укол мальчику в бок.

- Что мне еще делать? - спросил он.

- Ничего.

- Опасности нет?

- Нет, пока он у меня перед глазами. Иди-ка попроси Хейзел прийти сюда. - Да, дорогая. Иду. - Он поплыл на корму, где его мать парила в воздухе с довольным видом. Поллукс еще не вылезал из кресла.

- Как вы тут, ничего?

- Конечно. Почему бы нет? Вот только мой помощник, по-моему, хочет выйти на следующей остановке.

- У меня все нормально, - пробурчал Поллукс. - Хватит цепляться.

- Надо бы помочь Эдит, мать, - сказал Роджер. - Вундер испачкал весь кубрик.

- Вот чертенок! Он же ничего сегодня не ел, я с него глаз не спускала. - Видно, ты потеряла бдительность на пару минут - улики налицо. Иди-ка помоги Эдит.

- Слушаю и повинуюсь, мой господин.

Она оттолкнулась ногой от перегородки и юркнула в люк. Роджер спросил у сына:

- Ну как?

- Через пару часов буду в норме. Тут уж ничего не поделаешь, придется потерпеть. Все равно что зубы чистить.

- Это факт. Я не прочь взять напрокат небольшую планетку. Сделал запись в инженерный журнал?

- Нет еще.

- Так сделай. Отвлечешься от мыслей о своем нутре.

Роджер снова направился в кубрик. Лоуэлл уже проснулся и плакал. Эдит уложила его на койку и прибинтовала к ней простыней, чтобы создать видимость устойчивости.

- Мама! - хныкал ребенок. - Сделай, чтобы все стояло на месте!

- Тихо, милый. Все хорошо. Мама с тобой.

- Я хочу домой!

Мать, не отвечая, гладила его по голове. Роджер поскорее удалился в носовой отсек.

К ужину весь экипаж, кроме Лоуэлла, уже приспособился к невесомости, преодолев ощущение, словно ступаешь в темную шахту лифта. Однако особенного аппетита ни у кого не было. Доктор Стоун ограничила меню бульоном с крекерами и компотом из сушеных абрикосов. Было и мороженое, но охотников на него не нашлось.

Никто и не ожидал, что недомогание, вызванное переходом от притяжения планеты к невесомости космоса, будет слишком сильным или долго продлится. Их желудки и барабанные перепонки уже проходили через такое испытание раньше. Стоуны облетались, просолились...

Но Лоуэлл был новичком, и весь его организм восставал против непривычных условий, а он был недостаточно большой, чтобы встретить это спокойно и без страха. Он плакал, давился, икал, и ему становилось еще хуже. Хейзел и Мид по очереди старались успокоить его. Мид, покончив с легким ужином, сменила бабушку. Когда та пришла в рубку, где они ели, Роджер спросил:

- Как он там?

Хейзел пожала плечами.

- Уговаривала его сыграть со мной в шахматы, а он в меня плюнул.

- Похоже, ему лучше.

- Незаметно что-то.

- Мам, - сказал Кастор, - а ты не можешь накачать его лекарствами, пока он не очухается?

- Нет, - ответила доктор Стоун, - я уже и так дала ему самую большую дозу, какую допускает его вес.

- Сколько, по-твоему, ему понадобится времени, чтобы оправиться? - спросил ее муж.

- Не могу сказать заранее. Обычно дети привыкают быстрее взрослых, ты сам знаешь, дорогой, - но известно также, что некоторые люди вообще не могут приспособиться. Они просто физически неспособны летать в космос.

У Поллукса отвисла челюсть.

- Ты что же, хочешь сказать, что Вундер прирожденный "земноводный"? Он произнес это так, будто речь шла об уродстве или о чем-то позорном. - А ну заткнись, - резко сказал отец.

- Ничего такого я сказать не хотела, - решительно ответила мать. - Лоуэллу сейчас плохо, но он очень скоро может оправиться.

Настало угрюмое молчание. Поллукс снова наполнил свой пакет бульоном, взял горсть крекеров и устроился на своем насесте, зацепившись ногой за стойку. Он поймал взгляд Кастора, и близнецы стали беседовать с помощью гримас и пожиманий плечами. Отец отвел глаза - близнецы частенько разговаривали между собой таким образом, и этот код - если это был код - посторонним был непонятен.

- Эдит, - спросил он жену, - ты правда думаешь, что Лоуэлл может не приспособиться?

- Такая возможность, безусловно, есть.

Она не стала развивать свою мысль - в этом не было нужды. Космическая болезнь, как и морская, сама по себе не убивает, зато это делают голодание и истощение организма.

- Ничего себе, вовремя спохватились, - присвистнул Кастор. - Мы уже вышли на марсианскую орбиту.

- Ты знаешь, что это не так, Кастор, - резко сказала Хейзел.

- Чего?

- Ничего, тупица, - вмешался брат. - Придется поворачивать оглобли. - А-а, - Кастор нахмурился. - Я и забыл, что наша траектория состоит из двух отрезков. - Он вздохнул. - Ну что ж. Обратно так обратно. Существовала только одна точка, из которой они могли повернуть обратно на Луну. Сейчас они летели к Земле по обычной S-траектории, то есть почти по прямой. Они пройдут очень близко к Земле по гиперболической орбите со скоростью пять миль в секунду. Чтобы продолжить полет на Марс, Стоуны планировали увеличить скорость, запустив двигатель в точке наибольшего приближения - так они вышли бы на эллиптическую орбиту относительно Солнца, обеспечивающую сближение с Марсом.

А можно было проделать обратный маневр - остановить полет, отработав двигателем против движения корабля, и таким образом вывести "Стоун" на эллиптическую орбиту относительно Земли. Эта траектория, если рассчитать ее правильно, приведет их обратно на Луну, домой, прежде чем их малыш умрет от голода или обессилеет от рвоты.

- Да, ничего не поделаешь, - согласился Поллукс и вдруг ухмыльнулся. - Никто не хочет купить партию велосипедов? Дешево?

- Не спеши ликвидировать фонды, - сказал отец. - Но мы ценим твое отношение. Что скажешь, Эдит?

- По-моему, тут нельзя рисковать, - заявила Хейзел. - Малышу худо.

Доктор Стоун колебалась.

- Роджер, сколько еще до перигея?

Тот посмотрел на пульт управления.

- Около тридцати пяти часов. - Может, стоит подготовить оба маневра? Тогда мы сможем принять решение, когда придет время разворачивать корабль.

- Это имеет смысл. Хейзел, вы с Кастором разработайте программу возвращения, а мы с Поллуксом займемся отработкой направления на Марс. Пока приблизительно - когда подойдем поближе, успеем поправиться. Все работают независимо, потом меняемся и проверяем. Помните о десятичных знаках!

- Сам помни, - ответила Хейзел.

- Себе взял что полегче, а, пап? - с хитрой улыбочкой спросил Кастор. - Что, не справишься? - спросил в свою очередь отец. - Хочешь поменяться?

- Нет, сэр! Справлюсь.

- Вот и давай - и не забудь, что ты член экипажа в полете. - Есть, сэр.

Роджер и в самом деле "взял что полегче" - основную траекторию полета на Марс мимо Земли вычислили на больших компьютерах Лунной штурманской станции еще до старта. Правда, работу штурманской станции надо было перепроверить с учетом неизбежных ошибок или отклонений от плана полета, которые выяснятся, когда "Стоун" достигнет перигея. Вдруг они летят слишком высоко, слишком низко, слишком быстро, слишком медленно или вообще уклонились от теоретически вычисленной для них траектории. Они вполне могли ошибиться во всем сразу - самая ничтожная ошибка на старте за четверть миллиона миль могла возрасти во много раз.

Приступать к исправлению ошибок можно будет только через пятнадцать-двадцать часов - надо позволить отклонениям накопиться, чтобы их можно было измерить.

Выход же на обратную эллиптическую орбиту к Луне был совсем новой, непродуманной задачей. Капитан Стоун не взялся за нее не потому, что ленился - он все равно собирался решать обе задачи, но ничего никому не сказал. Сейчас его беспокоило другое: за ним шло несколько других кораблей, и все на Марс. В следующие несколько дней старты на Марс будут частыми - все воспользуются благоприятным периодом, который бывает раз в двадцать шесть месяцев и во время которого перелет на Марс стоит относительно "дешево" - эллипсоид с минимальным расходом горючего, идущий по касательной к орбитам обеих планет действительно выводит на сближение с Марсом, а не на какой-нибудь глухой отрезок марсианской орбиты. Все корабли, за исключением военных судов и безумно дорогих пассажирских лайнеров, стараются стартовать на Марс именно в это время.

Идеальное время для старта - всего четыре дня, когда корабли, поднимающиеся из Лейпорта, платят за эту привилегию приличную надбавку сверх обычной платы за обслуживание. Только большой корабль может себе позволить столько выложить - стоимость сэкономленного жидкого водорода все равно перекрывает сумму, уплаченную за старт. "Перекати-Стоун" стартовал как раз перед началом этого периода, а значит, за ним тянется, как бусы на ниточке, добрая дюжина кораблей, и все они следуют к Земле, а от нее - на Марс. Если "Перекати-Стоун" повернет обратно и отправится вместо Марса на Луну, могут возникнуть транспортные пробки, Столкновения космических кораблей - дело почти неслыханное. Космос очень велик, а корабли очень маленькие. Но все возможно, особенно когда много кораблей идут одним курсом в одно время в одном секторе пространства. Космонавты никогда не забудут случая с "Восходящей звездой" и патрульным кораблем - тогда погибло сто семь человек и никто не остался в живых. Корабли будут стартовать на Марс и в следующие три дня, и потом. "Перекати-Стоун", сделав оборот вокруг Земли и повернув к Луне (в то место, где в это время будет Луна), пойдет по диагонали через их трассы. Мало того - вокруг Земли вращаются три радиотрансляционных спутника и космическая станция. План полета каждого корабля, утвержденный штурманской станцией Луны, принимал в расчет эти четыре орбиты, но возможный аварийный маневр "Лерекати-Стоуна" будет лишен такой страховки. Роджер Стоун мысленно грыз себе ногти, понимая, что служба движения может и не разрешить ему сменить утвержденный план полета, - а так она и поступит при малейшей вероятности столкновения, болен у Стоунов ребенок или не болен.

А он, капитан Стоун, нарушит запрет, рискнет пойти на столкновение и доставит сына на Луну - где наверняка лишится пилотских прав и где, возможно, Адмиралтейский суд вынесет ему суровый приговор. Кроме космической станции и радиоспутников вокруг Земли от полюса до полюса циркулировали еще и автоматические атомные ракеты Патруля, но было маловероятно, что траектория "Перекати-Стоуна" пересечется с орбитой одной из них - ракеты летали сразу за пределами атмосферы, а космическим кораблям разрешается опускаться так низко только при посадке. Зато при повороте домой "Перекати-Стоун" непременно войдет на орбиты спутников и космической станции... Минутку! Роджер Стоун обдумал свою внезапную идею. Возможно ли выйти на стыковку со станцией вместо возвращения на Луну? Если возможно, он смог бы вернуть Лоуэлла к нормальному весу на пару дней раньше - на станции есть помещения с искусственной тяжестью!

Баллистический компьютер был свободен - Кастор и Хейзел все еще занимались нудной процедурой постановки задачи. Капитан Стоун сел у компьютера и стал составлять приблизительный запрос - сейчас он не обращал внимания на тонкости баллистики, а просто спрашивал машину, можно это сделать или нет? Полчаса спустя он сдался, плечи у него опустились. Да, он мог выйти на орбиту станции - но почти в сотне градусов от нее. Самый щедрый расход топлива не поможет ему добраться до станции.

Роджер со злостью выключил компьютер. Хейзел оглянулась:

- Что с тобой, сын?

- Думал, мы сможем причалить к станции. Оказывается, нет.

- Я могла это тебе сразу сказать.

Роджер, не ответив, пошел на корму. Лоуэллу, как выяснилось, лучше не стало.

Иллюминаторы правого борта заполнила Земля - круглая, зеленая и красивая. "Стоун" быстро приближался к ней, и оставалось меньше десяти часов до критического момента, когда придется выбрать тот или иной маневр. Аварийный план полета, составленный Хейзел, проверенный-перепроверенный капитаном, передали по радио в службу движения. Все были настроены на возвращение, но все-таки Поллукс с помощью штурманской станции в Кито, что в Эквадоре, вычислял отклонения от основного плана полета и разрабатывал вариант для поворота на Марс.

Доктор Стоун заглянула в люк рубки, встретилась глазами с мужем и сделала ему знак выйти к ней. Он поплыл за ней в каюту.

- Что? - спросил он. - Лоуэллу хуже?

- Нет, лучше.

- Да ну?

Дорогой, по-моему, у него и не было никакой космической болезни.

- Что ты говоришь?

- Ну разве что самую малость. Но, по-моему, все симптомы указывают на аллергию - у него повышена чувствительность к седативным средствам.

- В первый раз слышу о такой форме аллергии.

- Я тоже, но ведь всякое бывает. Я перестала давать ему лекарство несколько часов назад, видя, что оно не помогает. Ему сразу стало легче, и пульс улучшился.

- Значит, все в порядке? И он может лететь на Марс?

- Слишком рано об этом говорить. Мне бы понаблюдать за ним еще пару дней. - Эдит, ты же знаешь, что это невозможно. Мне надо производить маневр.

Роджер уже дошел до точки нервного напряжения и недосыпания - в последний раз он спал за сутки до старта.

- Знаю. Предупреди меня за тридцать минут до этого момента, и я отвечу тебе окончательно.

- Ладно. Ты извини, что я так рычу.

- Дорогой мой Роджер!

Не успели они завернуть "за угол" Земли, мальчику стало намного лучше. Мать несколько часов продержала его под легким снотворным. Проснувшись, он потребовал есть. Эдит попробовала дать ему несколько ложек заварного крема. Первой ложкой он подавился, но только потому, что не привык глотать в невесомости. Вторую ложку он проглотил и удержал съеденное. Лоуэлл уверял, что еще голоден, но мать больше есть не позволила. Тогда он потребовал, чтобы его отвязали от койки. Эдит согласилась, но велела Мид сидеть с ним и не выпускать его из кубрика. Сама же отправилась поговорить с мужем. Хейзел и Кастор сидели у компьютера - Кастор диктовал программу, а Хейзел нажимала клавиши. Поллукс принимал с Земли доплеровские данные. Эдит отвела мужа в сторону и шепнула:

- Дорогой, кажется, можно вздохнуть спокойно. Он поел, и его не стошнило. - Ты уверена? Я не хочу рисковать даже в малейшей степени.

- Как я могу быть уверена? - пожала плечами Эдит. - Я врач, а не гадалка. - Что ты решила?

- Пожалуй, полетим на Марс, - нахмурилась Эдит.

- А куда деваться, - вздохнул Роджер. - Служба движения отклонила мое изменение плана полета. Я как раз собирался тебе сказать.

- Значит, у нас и выбора нет.

- Ты знаешь, что это не так. Уж лучше давать показания в суде, чем читать похоронную службу. Но у меня есть еще одна карта в рукаве. "Бог войны" меньше чем в десяти тысячах миль за нами. Если понадобится, то я на резервном топливе подойду к нему за неполную неделю, и ты с ребенком сможешь перебраться туда. Его недавно переделали в "вертушку", и можно пользоваться любым весом - от лунного до земного.

- Мне это не приходило в голову. Что ж - не думаю, что это понадобится, но все-таки спокойнее, когда знаешь, что помощь близко. - Эдит снова нахмурилась. - Не хотелось бы бросать вас одних, да и резервный запас опасно расходовать: он может понадобиться, когда подойдем к Марсу.

- Нет, если правильно управлять кораблем. Ты не беспокойся - мы с Хейзел приведем его куда надо, даже если придется вылезать и толкать его сзади. Поллукс прервал свое занятие и навострил уши, пытаясь услышать, о чем речь. У его родителей была слишком большая практика в том, как вести разговор, чтобы дети не слышали, но Поллукс, видя их взволнованные лица и хмурый вид, подал знак брату.

- Постой-ка, Хейзел, - сказал Кастор. - Почесаться надо. Чего там, Пол? - Дети, в школу собирайтесь - петушок пропел давно. - Пол кивнул в сторону родителей.

- Ага. Говорить буду я.

Оба устремились на корму. Роджер Стоун нахмурился.

- В чем дело, ребята? Мы заняты.

- Да, сэр. Но нам кажется, сейчас самое время сделать заявление.

- Да?

- Мы с Полом за то, чтобы вернуться домой.

- Вот как?

- Мы понимаем, что Вундером нельзя рисковать - даже на один процент.

- Он, конечно, выродок, - добавил Пол, - но вы уж больно много в него вложили.

- Если он умрет из-за нас, - продолжал Кастор, это испортит все удовольствие.

- А хоть и не умрет, кому охота убирать за ним без конца?

- Да уж, - поддержал Пол. - Кому охота служить стюардом при больном "земноводном"?

- А если все-таки умрет, вы этого нам по гроб жизни не простите.

- И даже после будете попрекать, - добавил Пол. - Ты не беспокойся из-за того, что служба не дает "добро". Мы с Хейзел разрабатываем дорогу наискосок - должны разойтись с "Королевой Марией" на несколько минут, ну пусть секунд. Они, конечно, малость напугаются, но ничего. - Тихо! - сказал мистер Стоун. - По одному. Кастор, давай разберемся: если я правильно понял, вы с Полом так озабочены состоянием младшего брата, что в любом случае хотите вернуться на Луну?

- Да, сэр.

- Даже если мама сочтет, что он может продолжать полет?

- Да, сэр. Мы это обсуждали. Даже если ему сейчас вроде получше, все равно - раз его так травило, он может не дотянуть до Марса. Перелет-то долгий. Мы не хотим рисковать.

Хейзел, которая присоединилась к ним в этом вопросе, сказала:

- Благородство тебе не к лицу, Кас. Ты убедительнее выглядишь в другом качестве.

- Мать, не встревай. Пол?

- Кас уже все сказал. Что мы, в другой раз не сможем полететь?

- Должен сказать, - медленно начал Роджер Стоун, глядя на сыновей, - что я приятно удивлен, наблюдая такую семейную солидарность в этом скопище индивидуалистов. Мы с мамой будем вспоминать об этом с гордостью. Но рад сообщить вам, что ваша жертва не понадобится. Мы летим на Марс. - Роджер, - напустилась на него Хейзел, - ты что, при старте головой ударился? У нас нет времени - поворачиваем с ребенком на Луну. Я говорила с ребятами - они решили твердо. Я тоже.

- Папа, если ты опасаешься идти наискосок, - сказал Кастор, - давай я поведу. Я знаю...

- Тихо! - И Роджер продолжал, как бы говоря сам с собой:

- Вот тут в книге сказано, что я должен приказывать, а не давать объяснения и никому не позволять оспаривать свои приказы. И да поможет мне небо - я намерен поддерживать на корабле порядок, даже если придется заковать родную мать в кандалы. - Он повысил голос: - По местам для маневра стоять! Старт на Марс, операция "Колодец гравитации".

- Мальчик хорошо себя чувствует, мама, - мягко сказала Эдит. - Я за него отвечаю. Кастор, Поллукс - подите сюда, милые.

- Но папа сказал...

- Я знаю. На минуточку. - И она поцеловала близнецов. - А теперь - по местам.

Из люка появилась Мид, таща за собой Лоуэлла, как воздушный шарик. У него был веселый вид, а мордочка вымазана шоколадом.

- Что тут за шум? - спросила она. - Вы, наверно, разбудили не только нас, но и весь народ на трех ближайших кораблях.


1 Вплив природних катастроф - страница 6,
17.3. Качества мышления (хитрость, мудрость) - Задачи и упражнения москва  2005 Балашов Л. Е. Философия,
Какая демократия нужна России? - Специальный курс ставрополь 2010 ббк 67 с 32,
Документы 1762-1796 годов. Екатерина II - страница 10,
К. Г. Парфенов учет и операционная техника в коммерческих банках - страница 20,
Universitatea de stat din moldova - страница 21,
Аристотель политика ок. 335-322г до н э - страница 3,
Программы обучения студентов на базе ГУЗ ОО «Клиническая психиатрическая больница им. Н.Н. Солодникова»,
КНИГА ИСХОД - Михаил херасков руководство к последовательному чтению,
Администрация ростовской области - страница 11,
План работы цикловой методической комиссии общетехнических - Годовой план учебно-воспитательной работы огоу спо...,
Греции - страница 22,
Предисловие - Учебно-методическое пособие Барнаул-2004 удк печатается по решению Ученого совета Барнаульского государственного...,
Книга Первая - страница 3,
Минаков Василий Иванович Командиры крылатых линкоров : Записки морского летчика Проект Военная литература - страница 28,
Т н. Михаил Георгиевич Ерошенков. Сайт: www eac-ras ru Г. В. Рожков Генезис инновационной экономики в России Монография - страница 3,
Задачи и виды сар, параметры качество сар. 2 Принцип работы сар в переходном и установившемся режимах - страница 3,
Методические рекомендации и материалы по педагогической практике составитель: Выручаева И. М - страница 6,
5. СРОК РЕАЛИЗАЦИИ ОСНОВНОЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ПРОГРАММЫ - Государственный образовательный стандарт высшего профессионального...,
I. Теоретические основы государственности - страница 11,
Ирина Ксёндзова, Елена Пантелеева, «Ежедневные новости-Подмосковье» (Москва), №68, 20. 04. 2012, c. 2 - страница 37,
Ошибочная стратегия энергетики - Публицистика 2011- 2012,
Глава 8 - Книга предназначена для всех, кто не равнодушен к проблемам рождения и здорового развития ребёнка,
Иммунодепрессия и вирусная инфекция при ревматических заболевания - Под общей редакцией проф. Малого В. П., проф....,