Книга предназначена для специалистов (психиатров, психологов, этнографов) и широкого круга читателей - страница 2

^ Карл Ясперс


ГЛАВА 1

НЕВРОЗ - КАК МЕДИЦИНСКАЯ ПРОБЛЕМА


Говорят, пришел однажды Ангел к Человеку и говорит: "Пора!". "Куда?", - поинтересовался Человек. "Умирать! Я за твоей душой пришел!"- отвечает Ангел. "Но я же не успел пожить", - говорит Человек. "А чем же ты занимался все это время на Земле?" - спрашивает Ангел. И человек стал перечислять все события за событиями, которые чередовались в его жизни. Рассказал о рождении, работе, болезнях, заботах, о планах, о том, что успел и что не получилось. "А это и есть жизнь!"- воскликнул Ангел и взял Человека с собой на небеса.

Эта поучительная притча вспомнилась мне не случайно. Наоборот, она вспоминается мне каждый раз, когда очередной пациент покидает мой кабинет. Неужели люди настолько слепы, что не видят, что их окружает, столь беззащитны, что не могут противостоять неблагоприятным обстоятельствам, и столь глухи, что не слышат набат надвигающейся угрозы. Может быть, был прав Конфуций, восклицающий "ничего не слышу, ничего не вижу, ничего не говорю". Но если ничего не слышать, не видеть и не говорить, то как же жить!? Ведь жить - это значит как-то образом соотноситься с другими людьми. В одних случаях эти отношения проявляются в виде сотрудничества, предполагающего взаимопонимание и взаимоподдержку между сторонами; в других, - это паритет, то есть равные "союзнические" отношения, основанные на взаимной выгоде; в-третьих, - это соревнование, желание добиться большего и лучшего в благожелательном соперничестве. Социальная психология выделяет также "негативные" виды взаимоотношений в нашей повседневной жизни. Это стремление главенствовать над другими, подавлять их в каких-либо сферах; и, наконец, антагонизм - резкие противоречия между членами группы, при которых объединение или союз носит явно вынужденный характер и сохраняется из-за сильного давления извне. Совершенно естественно, что наилучшим видом взаимоотношений между людьми (членами тех или иных групп, союзов, коллективов и т.д.) является сотрудничество. Однако, "имеющий уши, должен слышать, имеющий глаза, должен видеть и имеющий язык, должен говорить". И не всегда это приводит к сотрудничеству. С нашей точки зрения взаимоотношения между отдельными представителями тех или иных социальных групп (семья, трудовой коллектив, общество, нация и т.д.) зависят не только от того, насколько каждый из них достиг определенного уровня развития личности, но и насколько каждая личность впитала в себя все особенности "системы отношений" своей социальной группы и общечеловеческих ценностей. Нарушения в этих "системах" чреваты патогенными воздействиями и развитием психической патологии. К сожалению, среди тех, кто обращается к нам за помощью, возможность сотрудничать проявляется не так часто и адекватно, особенно сотрудничество в первичной и основной ячейке общества - семье.

В этой связи мне вспоминается анекдот. Приходит как-то к психиатру крестьянин и жалуется, что в семье у него что-то разладилось, жена недовольна, дети нервничают и не слушаются, сам себе места не находит, хандрит. "Велика ли семья?"- спрашивает доктор. "Девять человек - мои родители, я с женой и пятеро детей, да еще 30 овец", - горделиво отвечает крестьянин. "Велик ли дом?" - интересуется доктор. "Да, - отвечает крестьянин, - две комнаты и хлев". "Тогда, - советует доктор, - перегони 5 овец из хлева в дом". Приходит крестьянин через несколько дней к врачу и снова жалуется на тесноту, трудные взаимоотношения в семье, напряженность. Врач советует ему перегнать еще 5 овец. В следующий раз еще 5 овец и так до тех пор, пока бедный крестьянин начинает "плакаться". Тогда врач советует ему перегнать 5 овец обратно в хлев. Через пару дней приходит крестьянин к врачу и отмечает, что "полегчало". Доктор советует ему перегнать еще 5 овец. Спустя несколько дней крестьянин с удовольствием сообщает врачу, что в семье многое стало лучше. И так до тех пор, пока все овцы были снова перегнаны в хлев. В семье стало просторно, вольготно и спокойно.

Как часто наши пациенты "не берегут то, что имеют, и, потерявши, плачут". И тогда сотрудничество в семье, особенно характерное в начальный период семейной жизни, в результате монотонности, усталости, эрозии семейных чувств переходит в паритетные взаимоотношения, что само по себе еще не плохо. Однако, лишенная эмоциональности ситуация постепенно приводит к усилению состязательности (к сожалению, не в сфере любви), которая уже таит в себе элемент нервозности и чревата трансформацией в конкурентные и антагонистические взаимоотношения.

Часто приходится встречать пациентов с жалобами на "невроз". Совершенно не вникая в сущность своего расстройства (что естественно), они вольно обращаются с медицинскими терминами типа "пережил стресс", "нахожусь под стрессом", "перенес невроз сердца или желудка" и т.д. Что ожидать от дилетанта-пациента, если даже врачи допускают подобные высказывания и ошибки!? До сих пор, начиная со времен Куллена (1776 г.), предложившего понятие "невроз", эта проблема остается дискутабельной в силу ряда причин и обстоятельств, привносящих свои коррективы в зависимости от времени.

В настоящее время в понятие "невроз" разными авторами вкладывается различное содержание. Сам Куллен в своем "Медицинском руководстве" неврозом назвал те "расстройства чувств и движений, которые зависят не от локального поражения самого органа, а от более общего страдания, от которого зависят все вообще движения..." Заслуга самого Куллена в этом вопросе заключается в том, что он связал патологические состояния с нарушениями нервной системы и ее деятельности. Такая идея, безусловно, была достаточно прогрессивной для своего времени. В настоящее время из первоначального определения Куллена сохранилось лишь представление о неврозе как функциональном нарушении, что является поводом к тому, что к месту и не к месту практически любое нарушение функции того или иного органа называют неврозом.

Было время, когда в основу определения понятия "невроз" (период расцвета теории клеточной патологии) вкладывали морфологический критерий. То есть авторы исходили из того, что заболевания, определяемые как невротические, характеризовались отсутствием морфологических органических изменений. Подобная точка зрения на неврозы имела место вплоть до 50-60-х годов нашего века (Wilson K., 1955). Однако выявление органической патологии или ее отсутствие - дело не постоянное, временное, поскольку впрямую зависит от уровня научно-технического обеспечения клинической (медицинской) диагностики. Естественно, что в этом аспекте наши возможности все более и более расширяются и, соответственно, суживаются рамки неврозов. Следовательно, такой подход (негативный) к диагностике и определению неврозов является недостаточным. Он является предпосылкой широко распространенной в настоящее время тенденции, которая склонна рассматривать невроз как заболевание, полностью детерминированное определенными патологическими биологическими механизмами. Хотя в качестве пускового фактора не игнорируется роль психической травмы. Однако недопонимание и недооценка роли психического фактора приводит к постоянному сужению границ неврозов и постепенному исчезновению их как самостоятельной нозологической категории. Этому же способствуют достижения современной науки, позволяющие находить морфологические изменения, адекватные или соотносимые любому нарушению функции (Струков А. И., Кантурский Л. В., 1977). В отношении такого понимания невроза Карвасарский Б. Д. (1990) указывает на два ценных аспекта. Во-первых, принцип "от негативного" в определении и диагностике неврозов нацеливает специалистов на возможно полное обследование пациентов с невротическими расстройствами, поскольку морфологические изменения могут выявляться как в рамках неврозов, так и неврозоподобных состояний не психогенной природы. Во-вторых, клинико-параклиническое обследование пациентов позволяет установить природу и значение органического компонента, особенно при дифференциации неврозов, неврозоподобных состояний и смешанных форм.

Согласно учению И. П. Павлова, невроз представляет собой патологическое состояние высшей нервной деятельности, которое формируется вследствие перенапряжения нервных процессов или их подвижности, возникающего под влиянием различных причин.

Некоторые клиницисты к неврозам относят все обратимые нарушения нервной деятельности как психогенной, так и соматогенной этиологии, не сопровождающиеся грубыми психическими расстройствами. Одни рассматривают неврозы как заболевания, которые могут возникать под влиянием самых разных вредных факторов (травмы, инфекции, эндокринные нарушения и т.д.). Естественно в таком понимании "невроз" теряет свою нозологическую сущность и превращается в сборную недифференцированную группу разнообразных астенических, тревожных, фобических и других психопатологических состояний, объединенных по симптомологическому признаку. Другие же указывают, что вообще трудно выделить какой-либо симптом, свойственный неврозу и только неврозу. Ни отсутствие патоморфологических изменений, ни критерий обратимости, ни критерий "легкости" нарушений, ни определение невроза как психогенного заболевания, ни социабельность этих больных, ни наличие критического отношения к своему состоянию не могут считаться достоверными признаками невроза.

Другая тенденция в учении о неврозах основана на предположении о том, что вся клиническая картина неврозов может быть выведена из личностных психологических механизмов. В противовес выше отмеченной дефиниции "от негативного" в литературе широко разрабатывается принцип дефиниции и диагностики "от позитивного". Позитивная диагностика неврозов своими корнями исходит от учения З. Фрейда и его последователей. Поскольку критический анализ и обзор этого учения не входит в мою задачу, я не буду подробно останавливаться на нем. Замечу лишь, что то общее, что их объединяет, это представления о неврозе, как материализации вытесненных в сферу бессознательного биологических влечений, преимущественно сексуальных и агрессивных. Примат бессознательных инстинктивных влечений подчеркивается при игнорировании или недооценке реальной ситуации, социально-значимых и личностно-психологических характеристик. Концепция бихевиоризма, распространенная во многих европейских странах, отрицает существование невроза как самостоятельной нозологической единицы. С точки зрения бихевиоризма существуют лишь отдельные невротические симптомы как результат нарушенного или неправильного процесса воспитания и научения (Eysenck H., 1960; Wolpe T., 1973). Экзистенциалисты же вообще считают, что неврозы совсем и не являются болезнью, а представляют собой всего лишь "особую форму отчужденного существования больного" (May R., 1969).

Концепция определения и диагностики неврозов "от позитивного" нашла свое развитие в русской советской психиатрической мысли и тесно связана с именами Гиляровского В. А., Мясищева В. Н., Свядоща А. М., Карвасарского Б. Д. и других. Термином "невроз" принято обозначать лишь те заболевания, которые развиваются под действием психической травмы, и относить их к психогенным заболеваниям. Такое понимание невроза, как показывает клиническая практика, достаточно целесообразно, поскольку позволяет на основе этиологического принципа систематизации дифференцировать истинные неврозы от неврозоподобных состояний, развивающихся как в рамках эндогенно-процессуальных, так и экзогенно-органических заболеваний головного мозга, аномалий личностного развития и некоторых других.

Что же такое невроз? Со второй половины 19-го века, когда американским врачом Bird-ом была выделена неврастения в качестве отдельной нозологической единицы, невроз, точнее диагноз "невроз", стал достаточно распространенным явлением. Его стали видеть там, где его нет. Неврозом стали называть то, что было недоступно нашему пониманию, что не укладывалось в известные рамки определения того или иного заболевания. Любое проявление, особенно начальных стадий многих соматических, органических, инфекционных, метаболических и эндогенных психических заболеваний, когда еще не удается выявить каких-либо соответствующих патоморфологических изменений, что "свидетельствует" об их функциональности, относили, да и сейчас относят к неврозам. Невроз стал по образному выражению того же Bird-а "помойной ямой, куда мы сбрасываем наше незнание". А Axenfeld и Huchard очень точно определили невроз "как незнание, возведенное в степень нозологической формы". Другой крайностью в науке "неврозология" и вокруг нее является отрицание невроза как болезни и отношение к нему и лицам, "переживающим невроз", как к "гурманам одиночества", и, как отмечалось выше, видение в неврозе "особой формы существования". Наивно видеть в личности, страдающей от расстройства нервной деятельности, "душевный Вавилон", "душевную чистоту", "граниты трудолюбия", "совершенность" и тому подобные вещи (Саакян Н., 1993). Это суть свойства личности, черты характера, особенности мировосприятия, психологические механизмы защиты, свойственные многим и многим людям - больным и здоровым, талантливым и не очень, воспитанным и не совсем, "художественным" и "интеллектуальным", меланхоликам и холерикам, рабочим и поэтам, мужчинам и женщинам. Болезнь она и есть болезнь, будь то физическая (соматическая) или психическая. Ведь не взбредет же в голову никому складывать оды и гимны язвенной болезни желудка или ревматизму, объясняя болевой синдром при них как протест тела против острой пищи и влажного климата. Но почему-то такое делается в отношении неврозов. По крайней мере, чувствуется определенный пафос и восторженность в отношении тех, кто страдает неврозом и "существует в неврозе". Особенно к великим и известным людям, страдающим неврозом. Здесь можно перечислить длинный-предлинный список знаменитостей - Байрон, Кант, Шопенгауэр, Ницше, Хемингуэй, Бредбэри, Сезанн, Цезарь, Наполеон, Иван Грозный, Сталин и Гитлер, Ахматова, Маяковский, Зощенко, Терян, Комитас, Гюлбекян и многие, и многие другие. И еще больший список простых смертных! Не все то есть невроз, что называют неврозом! "Невроз" – он, может быть, звучит благозвучней. Это так на бытовом, дилетантском уровне “шизофреник” - невротик, “органик” - невротик. А в клинической действительности под маской невроза камуфлируются (порой сознательно, порой и не ведая) многие и многие генеалогически и этиологически разные заболевания. Какое отношение к неврозу имеют странности, чудаковатости и страхи Гоголя или Врубеля, Ницше и Комитаса!? По крайней мере, многие из знаменитостей страдали психическими заболеваниями, не имевшими ничего общего с неврозами. Эта уже другая проблема - проблема соотношения гениальности и эндогенной психической патологии.

Мое некоторое отступление от поставленного вначале вопроса не является случайностью, поскольку даже среди врачей культивируются идеи о том, что это не болезнь, что он не поддается лечению, что это образ жизни, особенности мировосприятия и т. д. И следование одной из этих перечисленных позиций приводит к известным крайностям и перегибам - полный отказ от лечения, тотальная психологизация, увлечение экстрасенсорными и фитотерапевтическими методами, игнорирование фармакотерапии, доминирование тех или иных психотерапевтических подходов, и особенно психоаналитического, когда еще сам автор психоанализа и его ученики указывали на его ограничения.

Невроз - есть болезнь со всеми своими особенностями, изучать и лечить которую должен врач-клиницист в интеграции с психологом, социологом, педагогом и другими специалистами. Наиболее удачное определение невроза дал В. А. Гиляровский. Он считал, что неврозы - это болезненно переживаемые и сопровождаемые расстройствами в соматической сфере срывы личности в ее общественных отношениях, вызванные психическими факторами и не обусловленные органическими изменениями, с тенденцией к активной переработке и к компенсации. Данное определение подчеркивает основные особенности неврозов: психогенный характер возникновения, личностные особенности, вегетативно-соматические нарушения и стремление к преодолению симптоматики. Определение и диагностика неврозов по принципу "от позитивного" основаны на патогенетической концепции неврозов В. Н. Мясищева (1960), признающей "психогенез" неврозов и включающий в себя следующие основные положения: психогения связана с личностно-типологическими особенностями пациента, с психотравмирующей ситуацией, неспособностью личности в данных конкретных условиях преодолеть или разрешить ее; возникновение и течение невроза связаны с патогенной ситуацией и переживаниями личности, иными словами, выявляется определенное соответствие между динамикой состояния пациента и изменениями психотравмирующей ситуации; содержание клинических проявлений невроза в определенной мере связано с психотравмирующей ситуацией, с основными ценностно-мотивационными характеристиками личности; эффективность психотерапевтических методов лечения не сопоставима с аналогичными результатами при биологической терапии.

Карвасарский Б. Д. (1990) определяет невроз как психогенное (конфликтогенное) нервно-психическое расстройство, которое возникает в результате нарушения особо значимых жизненных отношений человека, проявляется в специфических клинических феноменах при отсутствии психических явлений. Невроз, согласно автору, характеризуется обратимостью патологических нарушений независимо от его длительности, психогенной природы заболевания и, наконец, специфичностью клинических проявлений, состоящей в доминировании эмоционально-аффективных и соматовегетативных расстройств.

Сопоставление клинических проявлений неврозов с другими пограничными психопатологическими расстройствами позволяет нам предположить, что к категории "невроз" тесно примыкают многие из этих расстройств, тем более, что в ходе развития многих психических заболеваний имеют место как психогении, так и обратимость патологических ощущений и невротический уровень расстройств (эмоционально-аффективные и соматовегетативные). Другое дело, что эти особенности не подчинены закономерностям формирования неврозов, носят транзиторный характер и не определяют полностью сущность этих заболеваний. Речь идет о вялопротекающих органических заболеваниях головного мозга, вялотекущей неврозоподобной, психопатоподобной и ипохондрической шизофрении. В современной классификации болезней (МКБ-10) они уже выделяются в различных рубриках – органические аффективные, тревожные, диссоциативные, эмоционально лабильные расстройства (F06), постшизофреническая депрессия (F20.4), резидуальная шизофрения (F20.5), шизотипическое расстройство (F21), некоторые формы аффективных расстройств настроения (F30-39), невротические, связанные со стрессом и соматоформные расстройства (F40-48) и другие. В этом контексте следует также выделить такие категории, как невротическое развитие, врожденная и приобретенная психопатия, акцентуация характера. Говорить о невротическом развитии мы правомерны лишь тогда, когда один из невротических синдромов под влиянием патогенных факторов начинает "двигаться" от невротических проявлений к психопатическим (Лакосина Н. Д., Трунова М. М., 1994). Под психопатиями принято понимать постоянное для личности патохарактерологическое состояние, но имеющее, естественно, свою динамику. Они характеризуются тотальностью патохарактерологических расстройств, относительной стабильностью и наличием той или иной степени выраженности социальной дезадаптации (Кербиков О. В., 1962; Ганнушкин П. Б., 1964; Смулевич А. Б., 1983; Ушаков Г. К., 1987). Акцентуации характера Личко А. Е. (1985) определял как крайние варианты нормы, при которых чрезмерно усиливаются отдельные черты характера, что приводит к избирательной уязвимости к одним и повышенной устойчивости к другим психогенным воздействиям.

Такая разнородность и мозаичность клинических проявлений, сопоставимых с неврозами, значительно затрудняет определение распространенности неврозов. Поэтому эпидемиологические данные по неврозам, полученные по отдельным регионам, носят достаточно обобщенный характер. Согласно этим данным, до 34% лиц из всей популяции больны неврозами. Их частота составляет от 15,8 до 21,8 человек на 1000 населения (Читаев О. Р., 1981; Попов И. А., 1985). По данным Люсий Н. Ф. и соавт. (1990) жалобы невротического характера выявляются у 32% обследованных. К сожалению, данных по распространенности неврозов в Армении мы привести не можем, ввиду отсутствия таких исследований. Вместе с тем, на основе анализа деятельности Центра психического здоровья "Стресс" мы можем отметить, что среди всех госпитализированных больных в 1994-98 г.г. неврозы составляли в среднем 35-38%. В то время как неврозоподобные состояния были выявлены в 5-7% случаев, а невротические развития и психопатии – 13-15% случаев. То есть, более половины стационированных случаев относились к пограничным психогенным заболеваниям.

Когда задумываешься над тем, что же является причиной невроза, конечно же, в первую очередь в качестве причины выделяешь наличие психической травмы (или, как сейчас принято говорить, стресса). Однако столь прямолинейная связь между причиной и следствием выявляется редко, тем более в условиях современного патоморфоза психических заболеваний, в том числе и неврозов, о котором речь пойдет дальше. Как справедливо отмечает Виктор Франкл, "у каждого времени свои неврозы", имея в виду, что от фрустрации сексуальных потребностей, которая имела место во времена З. Фрейда, через фрустрацию своей неполноценности, как во времена Адлера, современный человек перешел к фрустрации своих экзистенциальных потребностей, то есть он страдает от "глубинного чувства утраты смысла, которое соединено с ощущением пустоты существования".

Говоря о психотравмирующих воздействиях как о причине неврозов, следует не забывать, что не всякое воздействие и не у любого человека вызывает невроз. Значение прямолинейных причинно-следственных взаимосвязей здесь не велико и они выявляются не часто. Придавая значение психической травме, нельзя забывать о той информативной ценности, которую несет эта травма. Необходимо, чтобы психическая травма нашла у личности соответствующий резонанс. Чаще всего неврозы вызываются информацией о семейных невзгодах, потере родных и близких, крахе надежд, служебных неприятностях, угрозе жизни, здоровью или благополучию. Психической травмой может быть как словесное, так и несловесное воздействие. Как, например, цинковый гроб погибшего на войне сына или известие о его гибели. Причем, наиболее частой формой патологического воздействия является слово. Следует отметить, что информационное значение имеет не только само слово, но и его отсутствие, не только сам физический сигнал, но также и его отсутствие. Например, отсутствие вестей от сына с фронта, длительное пребывание в одиночной камере, прекращение связи космонавта с Землей и т. д. Сила психотравмирующего воздействия информации определяется не только интенсивностью и количеством сигнала в единицу времени, но и значимостью информации для данной личности, то есть семантической стороной сообщения. Поэтому весть о гибели сына, измене мужа или болезни кошки может явиться психической травмой для одного человека и быть индифферентной для другого. Иными словами, кроме наличия психической травмы, соответствующей значимости ее для конкретной личности, необходимо наличие определенных особенностей личности. К таковым относятся как некоторые характерологические черты, так и социально-психологические и мировоззренческие особенности и установки, а также "предрасположение к неврозу". Понятие "предрасположение к неврозу" достаточно неоднозначно, а во многих аспектах - спорно. Однако клинической реальностью является тот факт, что есть люди, склонные к реагированию по невротическому типу и образованию подобных состояний. Это понятие складывается из наследственного фактора, особенностей формирования личности (уровень зрелости, различного вида акцентуации), а также астенизирующих моментов, предшествующих возникновению заболевания. Мы наследуем от наших родителей не только внешние, физические черты, но и характерологические особенности. Вместе с тем, личность каждого из нас формируется под влиянием длительного и постоянного общения с родителями и окружающей макро- и микросредой. В возникновении неврозов большое значение имеют задержки развития на различных этапах формирования личности. Эти задержки являются результатом как психического, так и физического воздействия - длительные психические травмы, соматические болезни, разлука с родителями, потеря одного из них и т. д. Большую роль в нарушении формирования личности, а в последующем и развитии невроза, имеет неправильное воспитание. При гиперопеке родители подавляют активность формирующейся личности, навязывают ей собственные взгляды, решают за нее все проблемы, предъявляют высокие требования в школе, кружках, стимулируют у нее повышенное самолюбие при полном отсутствии самостоятельности. Чаще у таких детей формируется робость, нерешительность, неувереность в себе, то есть психастенический круг личностных особенностей, который явно предрасполагает к возникновению невроза (Лакосина Н. Д., Трунов М. М, 1994). Проблематична для формирующейся личности и родительская гипоопека, чреватая также психопатологическими проявлениями.

Таким образом, значимость, а в конечном итоге и патогенность информации, определяются жизненным опытом, воспитанием, потребностями человека, его социально-психологическими, морально-нравственными и мировоззренческими установками и ценностями, умением решать сложные жизненные задачи в различных ситуациях.

Как показывает клинический опыт, неврозы возникают у людей с любым типом нервной системы и особенностями характера. Лица со слабым типом нервной системы и тугоподвижностью нервных процессов заболевают даже под влиянием слабых или непродолжительных психических воздействий. В то время как лица с сильным типом и достаточной подвижностью нервных процессов заболевают неврозом исключительно под влиянием выраженных, мощных или продолжительных психических воздействий. Считать, в связи с этим, один тип нервной системы хорошим, а другой - плохим, неправильно, потому что эти типы характеризуют не уровень совершенства нервной системы, а различные способы адаптации и дезадаптации организма и личности в среде. Так, слабый тип нервной системы, являясь следствием ее высокой чувствительности и реактивности, во многих случаях может быть положительным качеством. Психастенические черты, такие как тревожность, мнительность, неустойчивость и другие, проявляются в виде добросовестности, порядочности, высокого чувства долга и ответственности. Лица с эмоциональными чертами (гипертимные, гипотимные, циклоидные), склонные при неблагоприятных условиях к глубоким депрессиям с суицидальными мыслями и бредоподобными и сверхценными образованиями, в определенной среде могут смягчать обстановку, снимать напряжение, выступать, своего рода, буфером между конфликтующими сторонами.

В настоящее время актуальность проблемы неврозов и вообще проблемы пограничных психических нарушений объясняется очевидным перенапряжением, обусловленным относительным несоответствием темпов социального и биологического развития человека, то есть диссонансом между научно-техническим прогрессом и развитием и совершенствованием адаптативных возможностей человека. В качестве основных причин такого перенапряжения можно назвать необходимость освоения новых способов хранения и переработки информации, овладение новой техникой и технологией, адаптации в новых экономических, производственных и социально-политических отношениях, сложившихся на постсоветском пространстве. Это требует больших умственных усилий, умения приспособиться в меняющихся условиях среды, приводит к уменьшению физической нагрузки, вызывает конфликты производственного, семейного характера и т. д. Все это ведет к изменению значения социально-психологических факторов в деятельности человека и в известной мере объясняет те сдвиги, которые имеются в структуре как общей, так и психиатрической заболеваемости населения. Наиболее существенный сдвиг, который наблюдается сегодня в Армении и, вероятно на всей территории бывшего СССР, - это рост удельного веса заболеваний, в возникновении которых существенную роль играет нервно-психическое перенапряжение. Иными словами, психосоматических расстройств, заболеваний и неврозов.

Все прекрасное так же трудно, как и редко.

Б. Спиноза


Аначалось всё с того, что Мигель, мой друг из Перу, прилетел в Москву на свадьбу к приятелю и один день провёл в моём, смею надеяться, приятном обществе - страница 3,
5.5.6. Региональный строительный кластер - Пути кластеризации экономики с целью повышения конкурентоспособности...,
БЛОГОБЛАГО - Встоличном "Экспоцентре" прошел VI международный конгресс-выставка "Global Education Образование без границ",
История психологической - страница 16,
СЛЕДУЮЩИЙ ШАГ - Джон с. Максвелл,
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ - И в Жизни Предисловие и благодарности Эта книга,
Л. И. Тимонина - Тательная деятельность детского оздоровительного лагеря: история и современность сборник научных...,
Острая и хроническая вертебро-медуллярная недостаточность при повреждениях, опухолях и деформациях позвоночника у детей 14. 00. 35. детская хирургия - страница 4,
Станислав Гроф - страница 15,
6.4.7.Целевые показатели развития отрасли «Строительство» - Программа социально-экономического развития пермского...,
Перевод: К. Богуцкий, В. Трилис источник материала - страница 11,
Ассоциацией Клинического Юридического Образования США. Перевела на русский: Лена Паспортникова Перевод на русский при поддержке Бюро по вопросам образования и культуры Госдепартамента США и Университета Монтаны. Разрешение - страница 11,
Принципы натурализованной эпистемологии по работе Куайна У.В.О. Онтологическая относительность,
6. Понятие системы у Иммануила Канта - Первое понятие системы моноструктура,
Покровительница - Кредо 11-12 (171-172)/ ноябрь-декабрь 2009 г. Рождество Христово!,
Для тех, кто для себя решил, что это нужно вопросы не заканчиваются, они только начинаются: Выбор платформы и языка программирования,
Бенедикт спиноза избранные произведения том второй - страница 61,
Камышловский педагогический колледж многопрофильное образовательное учреждение - страница 5,
Планетарная модель атома - Бодх Атомная физика и всё такое,
Рисунок 8 ( - Правила будови І безпечної експлуатації навантажувачів,
Гостиницы Санкт Петербурга – 2011 18. 01. 11,
5. Управление реализацией подпрограммы и контроль за ходом - Правительства Республики Бурятия от 19. 10. 2010 г....,
Ремонтное хозяйство - В. Я. Майминд ); Гипролестрансом (,
Глава тринадцатая - Александр Мень История религии (том 4),